Детерминирование свободы выбора человека в современном техноэкологическом информационном пространстве:
Проблемы
сознания и психологического иммунитета
личности.
Ю.
Н. Чередниченко
НИИ
Общей патологии и экологии человека СО
РАМН
22.05.2000
г.
Психологическое
детерминирование.
Жизнь и эволюция человека как вида
определяется его потребностями (уровнем
притязаний). Последние, в свою очередь,
задают множество векторов мотивированной
деятельности, направленных на
удовлетворение этих потребностей.
Но каковы базовые фундаментальные
потребности человека. В представлениях В.И.
Вернадского [1] освоение живым
окружающего мира включает в себя: 1)
освоение места в геосфере (физическое
заселение природных ареалов путем роста и
размножения); 2) освоение места в биосфере (необходимость
занимать определенную позицию среди живых
существ других видов и внутри
собственного вида); 3) освоение места в
ноосфере (интеллектуальное освоение мира
путем познания неизвестного на основе
ранее накопленного социального и
индивидуального опыта и культурных
ценностей). На основании этого,
применительно к человеку П.В. Симонов [2]
выделяет три класса базовых (фундаментальных)
потребностей: 1) биологические –
призванные обеспечить индивидуальное и
видовое существование человека как одного
из видов в живой природе; 2) социальные
– определяют принадлежность к социальной
нише и определенному положению в ее
иерархической организации; 3) идеальные
– подразумевает, в самом широком
смысле, стремление к познанию нового,
окружающего мира и себя, смысла и значения
собственного предназначения.
Нужно отметить, что наряду с
необходимостью притока вещества и энергии,
потребность в получении информации (познании)
является универсальной для всего живого.
Но у человека, она является доминирующей.
В свете этих данных уместно
задаться вопросами – фундаментальна ли
для человека потребность в свободе
выбора?, определяется ли свобода
выбора одним лишь отсутствием внешнего
принуждения в явном виде или она включает
в себя какие-то неуловимые, тонко
нюансированные, но довольно мощные, в
своем сочетании, воздействия социальной
инфраструктуры, техно-природной
экологической среды, психосферы, которые
настолько привычны и обыденны, что мы
перестали их осознавать?
Э. Фром [3] подчеркивает, что порой
весьма трудно определить в какой мере наши
желания, также как и мысли и чувства
являются нашими собственными, а не
навязанными со стороны. Шаблонные,
унифицированные формы мышления,
безальтернативно закладываемые в
школьные и вузовские учебные программы,
новые формы быстрого обучения с
использованием психотехнологий
неосознаваемого импринтирования памяти
необходимой информацией, социальные
стандарты поведения и проявления эмоций,
ограниченные рамками принятых
медицинских норм психического здоровья, –
все это подавляет индивидуальность и
спонтанность мышления, создавая иллюзию
свободы истинного выбора в современном
освобожденном от тоталитаризма
обществе. Степени свободы выбора для
большинства людей здесь регламентированы
ассортиментом допустимого или
представляемого в более совершенной
информационной упаковке через средства mass
media. К сожалению, сейчас, информация,
призванная удовлетворить человека в его
главной потребности – творчески
познавать мир в гармонии с ним, оказывает
такое же негативное влияние как и ее
полное отсутствие.
Среднестатистическое большинство
населения не только не претендует на
лидирующие позиции и неограниченную
свободу выбора, но желает быть ведомым,
принимая условия социальных или
этнических ограничений в обмен на
гарантированное выполнение в этих
условиях своих главных - биологических
потребностей и подчиненных им притязаний
на соответствующее положение в обществе.
Существует по меньшей мере две стратегии
психологического реагирования: мотивация
достижения успеха и мотивация избегания
неуспеха. Первая характерна для людей,
поисковая активность которых направлена
на преобразование внешней среды, согласно
своим идеям и планам, вторая
- присуща большей части населения. Их
поведение может быть конформистское,
пассивно-зависимое либо адаптивное. Оно
почти всецело определяется средой их
существования, а свобода выбора
ограничена набором общепринятых
тактических действий, типичных для данной
среды. Внешнее впечатление активности при
внимательном рассмотрении представляется
лишь рефлексией непрерывно меняющихся
внешних условий. Именно эту категорию
лиц можно рассматривать как
потенциальный контингент риска
неосознаваемой психологической
подверженности.
Однако, было бы слишком упрощенно
рассматривать сознание и высшие
психические функции человека через призму
только его биологических и социальных
потребностей, в
той или иной мере присущих и другим
биологическим видам. Человек способен
оперировать смыслами, семантика которых
не сводима только к знаково-символьным и
языковым категориям формальных логик или
этническим архетипам коллективного
бессознательного по К. Юнгу. Здесь имеются
в виду те первичные смыслы, которые по
мифологическим преданиям Ветхого Завета
определяли целостность осознания и
мировосприятия людей в период до
строительства Вавилонской Башни. В
терминологии В.В. Налимова [4] это
предсознание, семантика которого восходит
до метауровня космического сознания. П.В.
Симонов [5] называет это сверхсознанием, Б.
Кафка (Z.
Rejdak
[6]) на основе
исследования поведения людей в глубоком
гипнозе, вводит понятие состояние «естественной
этики», подчеркивая этим надэтническую
природу высших духовных смыслов.
Еще более дискуссионным остается
вопрос о природе носителя сознания и
механизмах его взаимодействия с высшими
управляющими нейрофизиологическими
структурами головного мозга. С развитием
новых физических представлений о
структуре неоднородного физического
вакуума, как материальной среды (Е. Акимов,
В.Л. Дятлов [7,8]),
эзотерическое понятие тонкоматериального
мира становиться все более научно
обоснованным. Рассмотрение феномена
сознания как устойчивой структурной
неоднородности физического вакуума
представляется наиболее правдоподобной в
свете имеющегося фактического материала.
На сегодня в литературе имеется
большое количество феноменологических,
клинических и экспериментальных
исследований, свидетельствующих о
возможности осознанного нелокального в
пространстве и времени восприятия
человеком окружающей среды, независимо от
местоположения его тела. При этом
электрическая активность головного мозга
по данным S.W.
Twemlow
[9], подобна фазе медленного сна (тета-дельта
активность), а в состоянии проскопической
перцепции с дереализацией времени, по
данным Кировской Военно-медицинской
академии (А.А. Горбовский [10]) - практически
полностью исчезает (что само по себе
необычно, т.к. в
клинических условиях это наблюдается
только при переходе от клинической смерти
к биологической). Медитационные
погружения, как один из способов
достижения особых состояний сознания,
также различаются по
электрофизиологическим коррелятам. В
одних случаях можно наблюдать повышение
степени связности внешних (локальных)
стимулов с электроэнцефалографическими
показателями, в других – имеет место почти
полная их блокада. Такие различия особенно
ярко проявляются при дзен-медитации (отсутствует
реакции угашения на однообразный
сенсорный сигнал) и при самадхи йога-медитации
(происходит подавление ответных реакций
на сенсорные
стимулы любой модальности) [11]. Эти факты,
хотя и косвенные, но заставляют усомниться
в том, что субстратом сознания является
головной мозг, также как и отсутствие
психофизиологической активности еще не
означает отсутствие психической
деятельности.
Если принять реальность таких особых
форм психической деятельности человека
как внетелесный опыт, особый интерес
представляет вопрос возможны ли какие
либо проявления нелокального
трансперсонального психологического и
физического взаимодействия с человеком в
обычном бодрствующем состоянии? Р. Монро
[12] дает на это утвердительный ответ. Из его
отчетов от 27.11.62 г. и 15.08.63 г., также как из
некоторых других, следует, что
продуктивный контакт с бодрствующим
человеком, сопровождающийся получением от
него таких личных сведений, как домашний
адрес, телефон, достигается в
одностороннем порядке. Это означает, что
бодрствующим человеком такой контакт не
осознается и он не может быть
засвидетельствован при обычном опросе.
Более того, обмен информацией с
внетелесным фантомом на ментальном уровне
возможен даже тогда, когда человек
находится в состоянии активного
вербального общения с коллегами или
родственниками. В момент контакта у
бодрствующего человека происходит
своеобразное расщепление фокуса внимания
между осознаваемой и бессознательной
сферами психической деятельности. При
этом, в обычных условиях ментальный канал
трансперсональной коммуникации не
редактируется и не контролируется
рациональным сознанием человека.
Воздействие фантома на физическом уровне (попытка
ущипнуть), сопровождается болевым
ощущением и эмоционально окрашенной
ориентировочной реакцией. При этом на теле
остается характерный
кровоподтек.
Коллективные феномены
целенаправленной дистанционной
модификации эмоционально-аффективной и
мотивационной структуры поведения
больших групп населения крупных городов
изучалось сотрудниками университета
Махариши в рамках программы по проверке
полевой теории сознания [13-15]. В
исследованиях было установлено, что при
групповых сеансах трансцендентной
медитации (ТМ) начинают проявляться
нелокальные кооперативные внешние
эффекты, подтверждающиеся исследованием
основных демографических показателей
здоровья населения, криминальной
обстановки, динамики военных конфликтов.
Обнаружены корреляции интенсивности
воздействия и территориального охвата с
числом лиц, участвующих в коллективном ТМ
погружении и глубиной погружения.
Для проверки наличия коллективного
пси канала передачи информации на большие
расстояния, был проведен
трансконтинентальный эксперимент.
В локальной кабельной телесети (США),
охватывающей 2000 абонентов накануне
демонстрации художественного фильма был
предъявлен на несколько секунд
зашумленный рисунок. В конце фильма
рисунок был предъявлен повторно с
указанием, что на нем изображен профиль
человека в шляпе. После синхронного
телевизионного предъявления стимула в США
проводился уличный опрос населения в
Англии на предмет интерпретации этого
зашумленного изображения. Количество
правильных интерпретаций было достоверно
выше, чем в аналогичном пилотажном
исследовании накануне эксперимента.
Выше была рассмотрена далеко не полная
феноменология возможных путей не
директивных прямых (минуя физиологические
анализаторы) воздействий на сознание
человека, способных влиять на свободу
выбора в системе внутривидовых
трансперсональных коммуникаций
горизонтального типа.
Приведенные факты позволяют более
широко взглянуть на феномен сознания
человека, который принципиально не сводим
к современной психофизиологической
парадигме.
Другой наиболее распространенный вид
неклассических психических феноменов
связан с активным использованием
измененных состояний сознания (ИСС).
Термин ИСС подразумевает широкий спектр
устойчивых или фазовых состояний мозга,
как рецептора, отличных от состояния
бодрствования (СБ). Напомню, что в рамках
развиваемой нами онтогенетической R-концепции
[16] организменная
форма в процессе адаптации к конкретным
планетарным условиям своего
существования приобретает ограничения на
прямые трансперсональные коммуникации
горизонтального и вертикального типов,
что проявляется в локализации
индивидуального психологического
пространства в конкретной экологической и
социальной нише. При этом ведущую роль в
информационном обмене со средой в СБ
начинают играть физиологические
сенсорные входы (анализаторы), адекватные
данной среде. Сенсорный шум, непрерывно
поступающий из вне и от внутренних органов
не блокируя восприятие более слабых
субсенсорных или экстрасенсорных
сигналов, препятствует осознанию
последних.
В ИСС наряду со значительным снижением
сенсорного шум-фактора снимается логико-аналитическая
цензура неокортекса («фильтры здравого
смысла»). Т.о., создаются благоприятные
условия для прямого взаимодействия
нейронов мозга с вакуумными доменами
метауровня сознания.
Спектр ИСС довольно широк. Существуют
физиологические, патологические и
индуцированные ИСС. К физиологическим
ИСС относятся фазы сна, состояния
монотонии, сенсорная депривация,
спонтанные эпизоды предвосхищения
событий и ретроспекции, спонтанные
внетелесные состояния (ВТС), ксеноглоссия.
В отдельную группу можно выделить ИСС,
вызванные градиентами гелиогеофизической
среды. Они могут возникать в момент
пребывания человека в геофизически
активных зонах мощного вертикального
энергоперетока, в зонах генерации
природных самосветящихся образований (ПСО).
По данным А.Н. Дмитриева проявляются в виде
эпизодов дальновидения и ясновидения,
спонтанных ВТС, способности к
произвольной модификации магниторельфа
зоны при изменении психологической
установки (вне зоны эффект исчезает).
Длительное (более 3 часов) пребывание в
таких зонах вызывает состояние, внешне
подобное физиологическому сну
продолжительностью от 10 до 48 часов без
видимых негативных последствий. К этой же
группе можно отнести разнообразные ИСС (каталепсия,
ретроградная амнезия, эффект схлопывания
времени), возникающие в момент контактов 3
и 4 рода с неопознанными летающими
объектами или т.н. объектами целевого
поведения (ОЦП).
Наиболее распространенные патологические
ИСС – это мозговые комы, обмороки,
множественная личность (мультиперсональность),
галлюцинозы при психических заболеваниях,
тонатонатальный опыт (ТНС), летаргический
сон, сомнамбулизм, нарколепсия, состояния,
вызванные заболеваниями и травмами
головного мозга и т.д.
Искусственные или индуцированные
ИСС это наиболее обширный класс
состояний, к которым относится гипноз,
аутогипноз, различные виды медитаций, ИСС,
вызванные химическими препаратами:
медикаментозный наркоз, алкогольные
опьянения, психоделические состояния,
вызванные химическими галлюциногенами,
равно как и наркотиками, не относящихся к
классу психоделиков, ИСС, вызванные
физическими воздействиями:
электронаркоз, прямая электростимуляция
подкорковых ядер мозга, синхронизация
электрической активности мозга методами
фотоакустостимуляции, компьютерная
виртуальная реальность, крайне
низкочастотные (КНЧ) и инфразвуковые
воздействия, магнитные и электромагнитные
воздействия, включая скалярные волны как с
полной компенсацией Е и Н векторов,
так и одного из них.
Но не только наличие каких-либо
специфических воздействий способно
вызывать ИСС. В условиях искусственного
обеднения среды информационно значимыми
стимулами и элементами новизны в
состоянии физиологического комфорта (сенсорная
депривация) возникают ИСС, вызванные
дефицитом возбуждения, которые
проявляются в виде галлюцинаций, ВТС
компенсаторного типа, дереализацией
времени. Т.н. методика ganzfield
(пустого безориентирного поля), наиболее
популярна в среде исследователей
экстрасенсорной перцепции на Западе.
Особая группа индуцированных ИСС
включает а) ИСС с условно опосредуемой
экспрессией заданного поведенческого
сценария после предварительной
гипнотической (НЛП) или
гипнонаркотической модификации памяти в
ИСС, б) вызванные адресным дистанционным
внушением каких-либо действий или
изменений физического состояния человека
(мысленное внушение).
Все перечисленные выше виды ИСС
представляют собой своеобразные окна
прозрачности или открытости нашего
сознания, расширяющие пространство и
время психологической досягаемости в
соприкосновении с внешней семантической и
физической средами. Необходимо особо
подчеркнуть, что в этих состояниях
диапазон осознаваемости воздействий
субсенсорной или экстрасенсорной
модальности и объем оперативно
включающейся памяти в значительной мере
селективен и сфокусирован в зоне
внутренних мотиваций или
искусственно созданных бессознательных
психологических установок. Так, в
регрессивном гипнозе человек может с
большой точностью репродуцировать ту
часть событийного ряда, на которую
фокусирует его внимание ведущий. Если при
этом не дается
установка
на амнезию, то после выхода из ИСС
информация становится доступной сознанию
человека на рациональном уровне. Однако,
если в гипнозе задана установка на
выполнение какого-либо действия, не
приходящего в конфликт с системой
внутренних ценностей испытуемого (например,
через час подойти к одному из
присутствующих и дать ему щелчок по лбу) в
сочетании с установкой на амнезию, то в
постгипнотическом периоде поведенческая
программа будет выполнено в строго
указанное время. Но при этом испытуемый не
сможет дать себе отчет о причинах,
побудивших его к этому действию. Он может
объяснить это желанием пошутить.
Эти примеры свидетельствуют о широком
диапазоне гипнотической модификации
избирательности фильтров психологической
защиты, изменяющих пороги осознания
соответствующих семантических и
физических стимулов в гипнотически
индуцированных ИСС.
Общеизвестно, что близкие
родственники (особенно близнецы),
влюбленные и люди, просто испытывающие
взаимную эмпатию бессознательно
связаны между собой и способны на больших
расстояниях чувствовать мысленные «прикосновения»
и побуждения, находясь в эмоциональном
контакте друг с другом. Аналогичная, но
значительно более сильная связь возникает
между психотерапевтом и его пациентами
при использовании гипносуггестивных
техник. Сотрудниками лаборатории Л.Л.
Васильева (Д.Г. Мирза и др. [17]) в строгих
электрофизиологических экспериментах
было показано, что рапорт между гипнологом
и гипнотиком сохраняется при переходе от
словесного к мысленному внушению.
Увеличиваются лишь латентные периоды
реакций с 15 до 30-40 сек. В более ранних
экспериментах самого Л.Л. Васильева [18,19] в
Ленинграде, производилось мысленная
индукция гипнотического сна у одной из
пациенток Васильева, находящейся на
другом конце города. В той же серии
проводилось дистанционное внушение
мысленных образов. Тогда, впервые, в строго
контролируемых условиях, был научно
подтвержден факт мысленного
дистанционного гипноза у человека. Эти
опыты очень трудны и требуют длительной
подготовки. В отличие от традиционного
гипноза, мысленное внушение требует от
ведущего до эйдетичности точное и четкое
воспроизведение образа испытуемого и
внушаемого ему действия. Как показала
практика без выполнения этого условия
опыты не удаются. В порядке сравнения
использование индуктором техники ВТС,
описанной выше, намного упрощает контроль
ответных реакций подопытного и наблюдение
результата воздействия в целом. Однако,
овладение техникой ВТС доступно далеко не
каждому и само по себе, является
методически трудной и до конца не решенной
проблемой.
В связи с этим в последнее время
расширяется фронт исследований в
направлении создания эффективных
субсенсорных суггестивных программ
неосознаваемого воздействия на большие
массы людей, носителем которых являются
электронные средства массовой информации.
Подробнее эта тема будет освещена ниже.
Внешние проявления неосознаваемого
воздействия из вне манифестируются в
безотчетных эмоциях, нарастании
эндогенной тревоги, спонтанных желаниях и
непредсказуемых поведенческих актах у
людей психологически не склонных к
спонтанным действиям и риску. Так, по
мнению А. Горбовского большинство
немотивированных преступлений или
аутоагрессивных аффектов являются
косвенным подтверждением вмешательства
чужой воли. Автор приводит несколько
примеров из судебной практики, когда
методами психоаналитического и
гипнорепродуктивного исследований
человека, совершившего преступление,
удавалось выявить истинного преступника,
незримо для самого исполнителя,
руководившего программой его преступных
действий.
Комментируя приведенные данные нужно
отметить, что с начала 20 столетия наука
предпринимает лишь робкие и довольно
поверхностные попытки познания
многовековых традиций и сокровенных
секретов сокровищницы древних магических
искусств. Исследуя лишь отдельные яркие
феномены человеческой психики, вырванные
из общего контекста системы эзотерических
знаний, нельзя рассчитывать на
стратегический успех. Заблуждения
современной позитивной науки создали
абстрактную технократическую иллюзию
истинной картины мира, являющуюся
производной бездуховности и дьявольских
материальных притязаний содержателей и
инвесторов этой науки. Еще не поздно
возвратится от материалистической
самодостаточности к истокам истинного
знания.
Субсенсорные
воздействия целевого назначения.
Здесь и далее модальность стимула
будет определяться терминами
субсенсорная или неосознаваемая
только по отношению к человеку в условно-интактном
состоянии бодрствования (СБ).
В отличие от экстрасенсорной
перцепции неосознаваемой информации,
субсенсорный канал предполагает активное
участие физиологических анализаторов в
процессе усвоения информации. Если
предположить, что содержание и смысл
субсенсорных сообщений
не персонализированы, а в
соответствующей технической упаковке,
ориентированы на «массового потребителя»,
механизм их восприятия и эффективность
воздействия, по нашему мнению,
в значительной степени отличается от
экстрасенсорного.
Во-первых, субсенсорный стимул
является ноцицептивным. Поэтому
блокировка анализатора, к которому он
адресован или физического канала передачи
приведет к немедленному прекращению
усвоения информации и ее воздействия.
Во-вторых, программы неосознаваемых
воздействий в их тиражируемом
варианте в средствах массовой информации
являются универсальными, а значит намного
менее эффективными по сравнению с
индивидуально ориентированными (содержащими
индивидуально значимую семантику).
В третьих, передаваемая образная или
вербальная информация как правило не
несет в себе симультанного эмоциогенного
опосредования, а рассчитана на
возникновение случайных «эмоционально-мотивационных
резонансов» в ответ на текущую
доминирующую потребность (как правило
биологическую - безусловно-рефлекторную).
Например,
по данным Э.А. Костандова, происходило
расширение субсенсорного диапазона и
подпорогового воздействия слов «пищевого»
семантического поля, если накануне
эксперимента испытуемые не принимали пищу
как минимум 2.5 часа. В этом можно легко
убедиться на собственном опыте.
Достаточно сравнить ряд своих
эмоциональных реакций на одну и ту же
рекламу прохладительных напитков во время
изнурительной летней жары и в холодный
зимний период.
В своей статье «Подпороговое
восприятие» Philip
Merikle
из отдела
психологии Университета Ватерлоо (Канада)
[20] дает обзор исследований по
субсенсорному восприятию. Интерес
представляет его заключение относительно
результатов независимых экспертных
исследований эффективности субсенсорных
воздействий в рекламном бизнесе, а также в
популярных на Западе видео- и
аудиокассетах из серии «Помоги сам себе»,
содержащих неосознаваемые программы,
помогающие бросить курить, похудеть,
снизить стрессовое напряжение, улучшить
память, ускорить обучение языкам, улучшить
спортивные навыки и т.д. В заключении
статьи он делает вывод: - «Идея воздействия
неосознаваемых посылок на поведение
человека не находит подтверждения в
результатах независимых лабораторных
исследований. Исследования показывают,
что если происходит осознание
подпороговых стимулов, то испытуемые
демонстрируют свое обычное, ранее
сложившееся, отношение к их содержанию.
Кроме того, не получено никаких
свидетельств в пользу того, что
субсенсорное восприятие может
непосредственно побуждать человека к
действиям, минуя стадию осознания стимула
и принятия решения. Неосознанное
восприятие является хорошим инструментом
для исследования сферы человеческого
бессознательного, но оно не может
заставить человека пиль Кока-колу, не
является эффективным средством
совершенствования спортивных навыков и не
в состоянии излечить кого-либо от вредной
привычки».
Несмотря на это авторитетное
заключение в литературе имеются и прямо
противоположные мнения. Так, N.
Talbot
& P.
Duberstein
[21] во время дегустации печенья
предъявляли субсенсорный аудиосигнал
длительностью 4 мсек. с негативным
эмоциональным содержанием - «Меня бросает
мама». В контрольной группе предъявлялась
индифферентная фраза. Было показано, что
испытуемые во время дегустации съели
значительно меньше печенья. Кроме того у
них снизился показатель уверенности в
своей привлекательности.
Еще Г.В. Гершуни [22,23,24] (первооткрыватель
неклассических субсенсорных условных
рефлексов) отмечал, что у здоровых людей
крайне редко возникают реакции на
неосознаваемый стимул, если при этом не
вырабатывают условную связь. Он считал,
что реакции на субсенсорный раздражитель
можно выработать только в вегетативной
сфере, но не в сфере двигательных реакций.
Позднее в работах Костандова [25] и
Арзуманова удалось выработать у здоровых
людей временную связь между
неосознаваемым зрительным стимулом и
произвольной двигательной реакцией без
участия эмоциональной активации. Однако,
такая связь не консолидируется в
долгосрочной памяти и рефлекс быстро
угасает.
Определяющую роль в изменении порогов
осознания субсенсорных стимулов и в
долговременности фиксации их в памяти
играют как минимум два ведущих фактора: 1)
преобладающая в данный момент мотивация и
2) уровень фонового эмоционального
напряжения. [26]. Третий фактор – это
эмоциональная значимость самого
неосознаваемого стимула. На наш взгляд, к
этому необходимо добавить такие факторы
как текущий уровень бодрствования,
мотивационная стратегия (достижения или
избегания), ритмологические показатели
гелиогеофизического импринтирования и
геофизический эффект места.
Противоречивость сообщений в
литературе о том, что подпороговые
словесные раздражители могут существенно
изменять поведение человека, влиять на
реакции выбора или внушать определенные
действия, объясняются отсутствием единой
методического подхода, учитывающего
приведенные выше ведущие факторы.
Влияние эмоционально нейтральной
неосознаваемой стимуляции на
предпочтение в свободном выборе очень
слабое, но статистически достоверное. Скос
нормального распределения в бинарных
выборах составляет 0.6-0.66 в пользу
субсенсорно предъявленного стимула. Это
хорошо иллюстрируется в экспериментах Kunst-Wilson
с соавт. [27]. Стимулами служили 20
неправильных многоугольников. На первом
этапе 10 из них последовательно
предъявляли испытуемым с экспозицией 1
мсек. На втором этапе им показывали пары
многоугольников, один из которых ранее
предъявлялся тахистоскопически.
Испытуемый должен был указать какой из
многоугольников ему нравится больше.
Предпочтение в выборе отдавалось ранее
предъявленным на неосознанном уровне
фигурам с частотой 0.6. Аналогичные
эксперименты проводились Seamon
et al.
[28],
Mandler et al [29], Bonnano et al [30].
Импринтирование.
Наряду с врожденным навыками (инстинктами)
и когнитивными процессами, требующими
время на закрепление приобретенных
навыков, существует явление, называемое
импринтинг - устойчивое запечатление
после однократного получения информации.
Импринтирование было впервые изучено
Гельмгольцем на новорожденных утятах. В
широком смысле феномен импринтирования
явление довольно распространенное
в живой и неживой природе и с успехом
используется в практике. К примеру,
запечатление рисунка геомагнитного поля в
отвердевающей магме во время извержений
вулканов, структурная память формы
специальных материалов, фотографический
процесс, магнитная запись, запечатление
информации в структуре жидкой воды или
твердых инертных средах при изготовлении
гомеопатических лекарственных форм
методом потенцирования, прямая
психофизическая модификация
кристаллической структуры твердых
веществ [30a],
пси-фотография, появление восковых фигур
при народном ритуале отливания на воске,
изготовление индивидуальных амулетов и
талисманов и т.д.
Общим условием для устойчивого
импринтирования является наличие фазового
перехода первого или второго рода в
материале в момент действия
запечатлеваемой информации. В биологии и
когнитивной психологии явление
импринтирования остается наименее
изученным, несмотря на то, что переходные
процессы (фазовые состояния) в
периферической и центральной нервной
системе были известны с начала 20 века и
систематически исследовались школой
Введенского – Ухтомского - Васильева.
Считается, что такой вид научения
актуален на ранних стадиях перинатального
развития, когда кора больших полушарий еще
функционально не сформировалась и память
способна эйдетически запечатлять условия
окружающей среды. Почти до последнего
времени доминировало мнение, что взрослые
особи и человек теряют способность к
импринтингу. При этом его сменяет более
гибкий процесс условно-рефлеторного
обучения при котором устойчивость
фиксации следа памяти задается
эмоционально-мотивационными вектором и
целеполаганием.
Однако, с развитием стереотаксической
психофизиологии и исследованиями
эффектов прямой электростимуляции
подкорковых ядер головного мозга через
вживленные электроды Смирновым и
Бородкиным [31] был открыт новый мозговой
феномен, получивший название артифициальные
стабильные функциональные связи (АСФС).
Авторами обнаружены нейронные участки
подкорковых ядер четырех видов. Из них I
вид - при стимуляции частотами 8 – 50 Гц
вызывает комплексный
эффект активационного и оптимизирующего
типов; IV
вид – регулирует тормозные процессы
интрацентральной регуляции; III
вид – представляет собой звенья сенсорных
систем, стимуляция которых имитирует
сенсорные ощущения. Некоторые из них
пригодны для формирования АСФС. II
вид – специфически модифицирует или
устраняет патологическую симптоматику, т.е.
адресован к эффекторным системам.
При формировании АСФС производится
быстрое изменение уровня активации (в
сторону повышения или снижения) в
сочетании со строго определенной частотой
раздражения ядер сенсорных систем. Это
приводит к устойчивой фиксации связей и
возникновению новой матрицы памяти.
Отличительной чертой этой новой энграммы
является возможность управления ее
работой импульсными стимулами, с частотой,
равной частоте ее формирования, которые
уже можно вводить не через электроды, а
через соответствующие анализаторы в виде
световых вспышек или акустических тонов.
Активация АСФС строго избирательна по
частоте и приводит к воспроизведению
запрограммированного комплексного
эффекта. Будучи однажды сформированной
АСФС не имеет признаков угасания во
времени и по своей природе относится к
классу функциональных мозговых связей
типа импринтинга. В
самом простом варианте артифициальные
психические состояния проявляются в
изменениях уровня бодрствования
в широком диапазоне - от сверхоптимальных (люцидных)
состояний с расширением сознания,
эмоциональным подъемом, повышением
работоспособности, ассоциативных и
интеллектуальных возможностей, до
генерализованной инактивации, снижения
эмоциональной реактивности, седации,
переходящей в сон.
Как показали дальнейшие исследования
АСФС могут быть сформированы и
консервативным способом без
использования стереотаксических
манипуляций. Необходимым условием для
этого является сочетание импринтируемой
информации с экстренным изменением
активации ЦНС (например, эмоциональным
градиентом) на фоне воздействия условного
раздражителя. В качестве неспецифического
коннектора, облегчающего закрепление
связи, используется фармакологический
препарат этимизол. Ключом к активации АСФС
является условный раздражитель, роль
которого может играть не только простой
сигнал определенной частоты, но и
определенное слово или фраза, действующая
на уровне сознания либо предъявляемая в
субсенсорной модальности. Такие АСФС
могут быть сформированы у здоровых людей
для целей коррекции монотонии и
оптимизации функционального состояния во
время профессиональной деятельности.
В естественных условиях жизни
человека при
возникновении острых психологических
аффектов (быстрый эмоциональный градиент),
поведенческая программа также может быть
импринтирована в память субъекта. При этом,
даже если сам психотравмирующий эпизод
частично вытесняется (амнезируется), или
рационализируется, ключом к его
репродукции, неконтролируемой сознанием,
может стать семантическая ситуационная
среда или ее отдельные компоненты,
предшествовавшие развитию аффекта.
Спонтанно возникшие при этом агрессивные
действия не имеют видимой причины, а их
объектом могут стать случайные люди или
технические средства.
В литературе имеются
некоторые данные, дающие основание
усомниться в справедливости современных
психофизиологических объяснениях
механизмов импринтинга памяти на уровне
мозговых структур. С 80-х годов в
клинической психотерапии получило
развитие новое направление - регрессивный
анализ прошлых жизней человека. Он
используется в тех случаях, когда у
пациента невозможно обнаружить причину
его психического или физического недуга
при анализе его текущей жизни.
Так психотерапевт регрессионист Ch.
Snow
[32] описывает такой случай из своей
практики. У психологически
уравновешенного и во всех отношениях
благополучного человека возникали
необъяснимые повторяющиеся приступы
гнева и чувства обреченности, всякий раз
когда он садился за руль своего старого
автомобиля. Когда автомобиль не заводился
или глох посреди дороги он приходил в
исступление ярости и страха, что никак не
увязывалось с его спокойным характером.
После индукции в гипноз
был задан вопрос: - «что стоит за
приступами вашего гнева?», с последующей
установкой на возвращение к первой такой
ситуации. Ожидалось, что пациент
репродуцирует какой-либо вытесненный из
памяти эпизод с дорожно-транспортным
происшествием. Однако, после некоторой
задержки, он возбужденно начал описывать
ситуацию времен II
мировой войны, где он увидел себя немецким
танкистом в Африканском корпусе под
командованием Роммеля. Во время сражения в
Ливийской пустыне его танк был подбит
британской артиллерией. Когда танк
остановился, он отчаянно и безрезультатно
пытался его завести. Возможности спастись
не было, т.к. люк танка заклинило. Танкистом
овладела паника. В этот момент точное
попадание вражеского снаряда оборвало его
жизнь. Физическое состояние пациента при
репродукции собственной смерти резко
ухудшилось. Срочно были даны установки на
изменение воспоминаний, а затем была
сделана попытка модификации с подменой
трагического события на благополучный
исход. Однако, пациент упорно настаивал,
что этим и должно было все кончится. Тогда
было внушено, что давно случившаяся
трагедия в танке никак не связана с
поездками в автомобиле сейчас. После
однократно проведенной регрессии
приступы ярости и безысходности,
связанные с ездой на автомобиле у пациента
навсегда прекратились.
Известно и много других клинических
примеров [33], особенно связанных с тяжелыми
фобическими синдромами, когда была
обнаружена их причинная (ситуационная)
связь с трагическими ситуациями гибели в
прошлой жизни (например, гидрофобия –
утопление, пирофобия – гибель в пожаре).
Анализируя приведенные примеры легко
заметить, что в каждом из них
сочетались именно те непременные
условия ситуационно-эмоционального
резонанса, которые по данным
нейрофизиолога В.М. Смирнова необходимы
для формирования АСФС. Условным сигналом
активации энграммы памяти в этих случаях
является подобие ситуационного
опосредования.
Т.о. с точки зрения фундаментального
понимания, субстрат психологического
импринтинга это нечто иное, не сводимое
только к внутримозговым феноменам, но, в то
же время, имеющее с ними семантическое
единство. По
мнению лауреата Нобелевской премии
психофизиолога Дж.
Экклза сознание
существует независимо от мозга и состоит
из элементарных единиц - психонов, которые
взаимодействуют с единицами структуры
мозга - пирамидными нейронами 4 слоя.
[34]. Такого же
мнения придерживается Ч. Тарт, выделяя в
модели сознания мозговую В (brain)-систему и M/L-систему
(Mind/Life- разум жизнь), которая не может быть
описана в известных физических терминах
[35]. В развиваемой нами
концепции реинкарнационного онтогенеза
личности [16а] явление психологического
импринтинга определено термином фантомно-психологическое
наследование. Для человека в его
психической организации, возможно, это
ведущий путь негенеалогического
наследования, передающий эстафету
преемственности индивидуального
палеопсихологического опыта его
предыдущих витальных циклов развития на
неосознаваемом уровне. Патологические
формы этого вида наследования проявляются
в заболеваниях, объединенных общим
понятием палеопсихологические
неврозы и психосоматозы.
В этом ключе представляется
обоснованным утверждение, что человек
обладает лишь потенциальной свободой
выбора. Реально, свобода выбора - явление
исключительно редкое, поскольку в
обыденной жизни выбор в значительной мере
является производной от реверберации
неосознаваемых палеопсихологических
предиспозиций и предшествующего
персонального опыта. Изменения
претерпевают лишь формы выбора, в согласии
с условиями жизни в новой временной эпохе.
Стратегии и их стереотипы остаются
предопределенны невидимыми для
рационального разума причинно
следственными связями (кармой). Но даже
если эти связи становятся доступными
сознанию, как в показанном выше примере,
они не могут быть редактированы по
произволу терапевта, путем простой
подмены фатального события на happy
end.
Ведь это бы привело к онтогенетическому
парадоксу, по сути разрушающему всю
психобиографическую парадигму личности.
Импринтинг
субсенсорных программ управления.
Дальнейшее углубленное исследование
механизмов психологического
импринтирования на нейрофизиологическом
уровне побудило исследователей к
интенсивным поискам консервативных
способов создания АСФС и расширения
областей практического применения новых
методических подходов. Обширные
исследования в этом направлении были
проведены в Институте компьютерных
психотехнологий РАЭН, результаты которых
обобщены в монографии И.В. Смирнова с соавт.
[36]. Ими были поставлены задачи изучить
диагностические возможности
психосемантического анализа, а также
разработать методики интенсивной
психокоррекции на основе импринтирования
информации в ИСС и в условно-интактном
состоянии на неосознаваемом уровне. В
экспериментах на крысах исследовали
возможность импринтирования
поведенческой программы межсамцовой
агрессии с использованием ИСС вызванных
кетамином. В условиях сочетанного
воздействия кетаминовой активации
лимбической системы и воздействия
условного сигнала производилась
инициация агрессивного поведения. В
момент достижения максимального
агрессивного аффекта, в качестве
неспецифического коннектора
использовался электрошок.
Спустя 8 часов имплантированная
поведенческая реакция легко
репродуцировалась при включении только
условного сигнала. Спустя 6 суток
наблюдалось угасание. В дальнейшем были
проведены и клинические испытания.
Значительно больший интерес
представляют результаты авторов в
экспериментах по быстрой модификации
состояния и поведения человека на
неосознаваемом уровне в условно-интактном
состоянии физиологического бодрствования.
В
задачи исследования входило 1) изучение
возможности реализации экстренного
группового суггестивного влияния на
определенный поведенческий акт
независимо от контекста среды; 2)
неосознаваемое создание суггестивной
парадигмы и ее реализация; 3) изучение
влияния неосознаваемых суггестий на
субъективную оценку состояния испытуемых.
Исследования проводились двойным слепым
методом. Неосознаваемое внушение
предъявлялось не в субсенсорном варианте,
а в форме акустической маскировки в
течение 15 сек. и содержали внушение выбора
определенной цифры от 1 до 10. Цифра 4
накануне эксперимента несколько раз
предъявлялась для создания
неосознаваемой установки, реализуемой в
вынужденном выборе. Как показали
результаты в целом по группе значимо
связан с суггестией выбор цифр 1 и 5, цифры 2
и 8 достоверно игнорируются.
Предварительная неосознаваемая установка
на цифру 4 дает высокодостоверное ее
предпочтение в условиях вынужденного
выбора. Обработка по отдельным испытуемым
показала, что некоторые из них (меньшая
часть) резистентны к воздействию, но есть и
очень сенситивные лица, у которых
вынужденный выбор достигал 35%. Было также
показано, что неосознанная суггестия не
влияет на состояние испытуемых по данным
теста Спилбергера. В связи с этим авторы
провели более детальное исследовали
режимов предъявления неосознаваемых
суггестий (ауто- гетеросуггестия;
директивная – не директивная;
индивидуализированная – унифицированная;
негативная – позитивная). Критерием
воздействия было осознаваемое испытуемым
изменения общего состояния в тестах
самооценки. Как и ожидалось
унифицированные суггестивные фабулы были
малоэффективными, хотя некоторые из них,
содержащие негативную табулируемую
информацию, предъявляемую в режиме
аутосуггестии имели ощутимый эффект
преимущественно у людей с тревожно-мнительными,
депрессивными и шизоидными чертами
характера. При длительных многократных
предъявлениях установлено, что появление
заметного эффекта суггестий с позитивным
содержанием требовало в 3-5 раз больше
времени, чем для негативных. Наиболее
эффективно действующими на общее
состояние оказались
индивидуально ориентированные
воздействия в режиме аутосуггестии.
Приведенные в работе данные можно
считать предварительными, но очень
важными в качестве отправной точки для
дальнейших исследований. Так, можно
заключить, что использование
неосознаваемой информации в
маскированном акустическом варианте
предъявления в условиях принятых
методических процедур не достаточно для
получения эффекта импринтирования и, тем
более, экстренного изменения суггестивной
парадигмы*
человека. Возможно потенцирование эффекта
адресных неосознаваемых суггестий путем
выработки условной связи с каким-либо
индифферентным фоновым семантическим
раздражителем, сверхпороговой или
подпороговой модальности. Однако, в работе
нет данных по исследованию условного
опосредования. Хотя авторами была
предпринята попытка изучения
сенситивности человека к неосознаваемым
воздействиям в связи с типологией
личности испытуемых достоверных
корреляционных критериев получено не было.
Поскольку авторы применяли
преимущественно акустическое воздействие,
изощренные математические методы
речевого кодирования, превращали речевой
сигнал в подобие квазибелого шума, при
прослушивании которого не удается
распознать не только смысл речевого
сообщения, но и установить сам факт его
наличия. При таком способе обработки,
несмотря на то, что мозг способен
декодировать и усвоить смысл сообщения,
полностью уничтожается эмоциогенная экстралингвистическая
компонента (тембровая и фликкер-шумовая
окраска, треморные компоненты). На эту тему
имеются специальные исследования [37-39].
В данном обзоре были рассмотрены
возможности и способы неявного
воздействия, на свободу выбора человека, в
той или иной мере приводящие его жизнь и
деятельность в состояние вынужденного
выбора. Однако, в открытой и доступной нам
литературе имеется крайне мало сведений,
касающихся вопросов защиты
информационного пространства человека.
Существуют, конечно, законодательные пути
решения этой проблемы. В США, например, в
средствах массовой информации запрещено
использование монтажа неосознаваемых
воздействий с целью коммерческой рекламы
и политической агитации. В России 19 мая 2000
г. принят Кодекс об административных
правонарушениях, статья 13.16 которого
гласит: Изготовление и (или)
распространение теле-, видео-,
кинопрограмм, документальных и
художественных фильмов, а также
относящихся к специальным средствам
массовой информации информационных
компьютерных файлов и программ обработки
информационных текстов, содержащих
скрытые вставки, воздействующие на
подсознание людей и (или) оказывающие
вредное влияние на их здоровье, - влечет
наложение административного штрафа на
граждан в размере от двадцати до двадцати
пяти минимальных размеров оплаты труда с
конфискацией непосредственного объекта
административного правонарушения; на
должностных лиц - от сорока до пятидесяти
минимальных размеров оплаты труда с
конфискацией непосредственного объекта
административного правонарушения; на
юридических лиц - от четырехсот до пятисот
минимальных размеров оплаты труда с
конфискацией непосредственного объекта
административного правонарушения.
Однако, этим проблема не
исчерпывается. Разработка новых
алгоритмов маскировки сигналов делает их
малоуязвимыми для имеющихся программных и
физических средств контроля. Бурное
развитие электронных средств
коммуникации и глобальной сети интернет, а
также игровой компьютерной индустрии с
элементами виртуальной реальности
способствует росту возможностей доставки
«закодированных сообщений» и
расширению аудитории вынужденных
потребителей. Но если технические
средства становятся малопригодными для
решения поставленной проблемы, а
человеческий мозг способен, хотя и
неосознанно, декодировать и
трансформировать эти сигналы в
физиологические ответные реакции, логично
предположить использование способов
психофизиологического или биофизического
их детектирования. Однако и здесь мы
сталкиваемся со сложной и до конца не
решенной проблемой выделения слабых
сигналов из под фонового сенсорного шума.
Ведь оператор компьютера, выполняя
профессиональную работу, пребывает в
состоянии активного бодрствования с
постоянно меняющимися функциональными
нагрузками. Регистрация же слабых
ответных реакций возможна только
состоянии спокойного бодрствования и
сенсорной депривации.
Но есть и другие подходы к решению. Как
было сказано выше, не все люди одинаково
чувствительны к неосознаваемым
установкам, а для конкретного человека эта
чувствительность не постоянна во времени.
Относительный «иммунитет» или «сенсибилизация»
зависят от личностных психологических
особенностей, текущей доминирующей
мотивации, общего уровня активации ЦНС и
биоритмологической организации последней.
Кроме того, внутриутробное
импринтирование человека
гелиогеофизическими факторами, с момента
рождения задает устойчивый
космофизический ритм функционирования
организма с прогнозируемыми критическими
периодами. Экспериментальные
исследования в этом направлении позволят
выработать критерии профессионального
отбора и индивидуального прогнозирования.
Рассматривая проблему защиты
информационного пространства необходимо
отдавать себе отчет в том, что она намного
глубже и не ограничивается только
техногенным психологическим давлением.
Было бы заблуждением недооценивать
дистанционные антропогенные пси-воздействий,
только потому, что академическая наука
выносит их за скобки, из-за
несовместимости с т.н. научной картиной
мира. Несмотря на то, что эти воздействия
распространены не в таком массовом виде
как техногенные, их эффекты могут быть
намного более сосредоточенными и сильными
и протекать с элементами
польтергейстоподобной активности Точкой
их приложения является не только
психологическая дезорганизация
деятельности человека-оператора или
навязанный выбор, но и устойчивое
изменение его психического или
соматического здоровья. Но особенно
актуальна возможность получения от
субъекта воздействия конфиденциальной
информации, передаваемой им на
неосознанном уровне. Конечно,
это всецело зависит от индивидуальных
способностей и степени подготовки
человека-индуктора, и потенцируется при
групповом воздействии. Но защититься
от такого вида воздействий трудно. Для
этого необходимо обучение специальным
психотехникам, хорошо разработанным в
системах операционной магии.
Западные и отечественные изыскания в
этом направлении [40] во многом подчинены
прагматическим интересам их финансовых
инвесторов, сулящим им еще более
неограниченную власть и материальное
благополучие. Человек с уникальными
возможностями видения
рассматривается в этом процессе как
бездуховный инструмент исполнения
желаний слепцов. Традиционно не
учитывается первичность духовно-этического
начала, управляющего законами «физики»
тонкого мира. Как показывают результаты
многочисленных экспериментов с ВТС в
условиях директивной объектной установки,
их воспроизводимость непредсказуема, хотя
необходимое состояние достигается
устойчиво. В чем же суть такого парадокса?
Ответ оказался довольно простым. Чем
глубже человек погружается в мир тонкой
реальности, чем более расширенным
становиться его сознание, тем глубже он
утверждается в истинах более возвышенных,
чем те прагматические задачи, которые
ставит перед ним экспериментатор. В ИСС
происходит своеобразный личностный
апокалипсис с реорганизацией структуры
ценностных ориентаций. Позволю себе
привести два наиболее показательных
примера из самоотчетов испытуемых в наших
экспериментах с ВТС.
1.
«Я был в ясном сознании и все происходящее
со мной принимал как действительное. Мне
почему-то показалось, что я нахожусь в том
мире, в котором я всегда был. Он мне был
близким, понятным и естественным.
Физический мир казался оттуда
механистичным, наигранным,
непривлекательным, как сценарий плохого
фильма.»
2.
«При возвращении из мира иной реальности и
воссоединении со своим физическим телом я
был лишен возможности вспомнить все те
знания, которые открылись мне там. Мне
кажется, так было сделано для того, чтобы я,
с присущими мне недостатками, не смог
воспользоваться этими знаниями во вред
себе и окружающим. Но меня не покидает
чувство, что в подсознании все же что-то
осталось. Так у меня изменилось восприятие
мира, мне стала очевидна моя
невежественность и неосведомленность во
многих вопросах, над которыми раньше я
даже не задумывался…»
Как известно, если не трудно то порой
вообще не возможно склонить к
сотрудничеству с наукой или
государственными службами людей
владеющих секретами древних народных
традиций, обладающих эзотерическими
знаниями и владеющих искусством их
практического применения. Это не просто
эгоцентризм или предубеждение с их
стороны. Это принципиально иной, чуждый
нашему практицизму, образ мысли, видения
мира и своего предназначения,
отстраненность от бытейской суеты.
Ввиду этого, теперешние деяния науки
больше походят на заимствование отдельных
приемов шаманизма, алхимии, дзен-буддизма,
древневедических техник в попытках
создания своих собственных
рафинированных технологий черной магии в
наукообразном облачении. Это требует и
создания конвейерных методик обучения
операторов с привлечением самых
совершенных технических средств. Но опять
за кадром остается главное – связующее
духовное начало. Развивать его в человеке
– значит давать ему большую свободу
выбора, а это будет порождать
нежелательные этические проблемы
несовместимые с требованиями социального
заказа.
Практика показывает, что человека с
высокими морально-этическими качествами,
сложившейся системой внутренних
ценностей, не испытывающего комплекса
вины и тревоги за свои в прошлом
неблаговидные действия, очень трудно даже
в глубоком гипнотическом трансе понудить
к тому, что приходит в противоречие с его
внутренними этическими установками. Это
значит, что развитое самосознание приняло
форму бессознательной духовной
потребности (стало образом жизни) и
сформировало психологический защитный
механизм самого высокого приоритета.
Особенность этой защиты в том, что она
равноэффективно работает как на
сознательном так и на неосознаваемом
психологическом уровнях, консолидируя их
в единое целое. Такой вид защиты
обеспечивает практически полный
психологический иммунитет к любым формам
внешних воздействий.
Неспецифическое
физическое детерминирование.
К неспецифическим факторам, способным
изменять состояние сознания, объем
восприятия и доступ к памяти
бессознательного можно отнести
физические воздействия среды:
естественные, техногенные и
специализированные. В этом аспекте
необходимо акцентировать внимание на
воздействиях неэлектромагнитной природы,
как наименее изученных.
Необходимо
пояснить, что говоря о среде и ее
воздействии, мы в первую очередь
подразумеваем неоднородности физического
вакуума (эфира), т.к. это и есть первичная
среда в которой действуют силовые поля и
распространяются электромагнитные волны.
Среда физического вакуума
не инертна и ее можно отнести к
категории активных нелинейных сред.
Поляризованные вакуумные домены являются
магнитогрависпиновыми преобразователями
энергии полей. Исходя из модели
объединенной электрогравидинамики В.Л.
Дятлова [8] внутри вакуумных доменов
электро-магнитные излучения могут
обратимо и без потерь преобразовываться в
грависпиновые волны и другие виды энергии
(механическую, тепловую). Для
грависпиновых волн вещество не является
сколько нибудь заметным экраном. В других
источниках эти волны называют также
торсионными полями или аксионными
излучениями [41-43], отмечая их особые
свойства кручения.
Исходя из данных А.Н. Дмитриева [44-46]
некоторые геологические площадки на
поверхности Земли являются зонами
активных вертикальных энергоперетоков. В
них часто происходит генерация т.н.
природных самосветящихся образований (ПСО),
как наблюдаемых так и невидимых
невооруженным глазом. Это и есть вакуумные
доменные макрокластеры внутри которых
наблюдается целый ряд физических аномалий
(модификация вещества, обратимое
прекращение работы электронной
аппаратуры, аномалии силы тяжести и т.д.).
Места активных вертикальных
энергоперетоков часто называют
геоактивными зонами. Динамика
энергопроизводительности этих зон может
колебаться в больших пределах и
модифицироваться техногенными
воздействиями. Всем известная модель
Египетской пирамиды и некоторые другие
геометрические формы типа конусов, сфер,
эллипсоидов могут выступать в роли
пассивных концентраторов
вакуумных неоднородностей и, в силу
этого, являться источниками вторичных
грависпиновых излучений. Эксперименты с
искусственной энергетической накачкой
пространства внутреннего объема пирамиды
при помощи катушек Теслы
продемонстрировали визуально наблюдаемые
самосветящиеся вихревые энергетические
потоки исходящие из вершины (Рис 1) [47].
Возвращаясь к рассматриваемой здесь
теме необходимо подчеркнуть, что
поведение биологических объектов и в
частности модификация высших психических
функций человека с переходом в измененные
состояния расширенного сознания и
возможностью произвольного
психофизического изменения полевых
параметров среды, совершенно специфично и
не связано с воздействием имеющихся
известных и метрируемых физических полей
и излучений. Такие же градиенты и
напряженности этих физических полей вне
активной зоны никак не сказываются на
человека при многодневной экспозиции.
Млекопитающие животные и птицы избегают
эти места.
Пока не существует технических
средств для прямого зондирования эфирных
неоднородностей среды. Но вторичные поля
возникающие как результат
электрогравимагнитных преобразований в
эпицентре вакуумных доменов можно
измерять имеющимися в распоряжении
приборами, если они в этих условиях еще
сохраняют свою работоспособность.
Однако, есть другой, более
перспективный методический подход к
картированию биологически активных
средовых влияний. Это метод биоиндикации
на живых клеточных культурах тканей
человека, разработанный в лаборатории
биофизики НИИ Общей Патологии и Экологии
человека СО РАМН В.П. Казначеевым и Л.П.
Михайловой [48,49]. По интегральным
показателям роста культуры, митотическому
индексу, биосинтезу белка, и
цитопатологической картине клеток можно
качественно и количественно оценить не
регистрируемые физическими приборами
воздействия и подобрать адекватные
средства их нейтрализации.
Не менее остро стоит вопрос
техногенной модификации среды нашего
обитания. Электронно-лучевые трубки
компьютерных дисплеев, экраны телевизоров,
стали для нас главным окном в мир. Выше
было показано, что наряду с полезной
информацией они могут являться
источниками невидимого психологического
«инфицирования». Но все ли учтено в
международных экологических стандартах
безопасности (MPR
II,
TCO95,
98)? Возможно это так, если рассматривать
только электромагнитные поля и
ионизирующие излучения. Но давайте еще раз
обратимся к Рис 1. и вспомним о вакуумных
доменах. Большинство электронно-лучевых
трубок имеют пирамидальную геометрию.
Энергетическая накачка активного
внутреннего пространства производится
высоковольтным потенциалом, достаточным
для поляризации физического вакуума с
генерацией доменных эфирных
неоднородностей, для которых вещественные
экраны остаются прозрачными. При этом
ближняя зона, дифузионно обогащается
активными вакуумными макрокластерами и
проникающими грависпиновыми излучениями.
Периметр пространственного охвата при
постоянной скорости диффузии
пропорционален времени работы источника,
а период полураспада макрокластеров по
данным [42] составляет около 9 суток после
выключения источника.
Как было показано выше, носитель
человеческого сознания, также не
локализован в белково-нуклеиновых
структурах мозга и гипотетически
представляет собой ничто иное как
топологически устойчивую автотрофную
констелляцию сложно организованных
флуктуирующих вакуумных микрокластеров (диад,
возникающих при продольном расщеплении
квадриг Терлецкого и образующих домены
физического вакуума вещества ФВВ и
антивещества ФВА) . Реальность
существования состояний внетелесного
дальновидения подтверждает независимость
энергообеспечения «виртуального
эфирного мозга» от ресинтеза АТФ и
окислительного фосфорилирования, лежащих
в основе биологической энергетики
организма. Из этого следует, что
автономным энергоисточником сознания
являются «микрореакторы» вакуумных
доменов преобразующие потоки однородной
эфирной субстанции и электромагнитных
излучений в грависпиновой энергетический
эквивалент «трофического» субстрата
сознания.
Не исключено, что техногенно
модифицируя окружающую нас структуру
эфирных потоков, мы вторгаемся в мир
тонких энергий, необратимо нарушая
неизвестные нам механизмы эфирной
автотрофности нашего собственного
мыслящего, интеллектуального начала. Не
являются ли амнезии, сенильные состояния,
синдром Альцгеймера, Кандинского-Клерамбо
патологиями эфирной трофики мозга?
Фундаментальные
подходы к исследованию неосознаваемых
психологических воздействий на
детерминирование свободы выбора человека.
На основе анализа традиционных
подходов, представляется целесообразным
планирование и проведение
экспериментальных работ в свете более
широкого понимания механизмов интеграции
двух параллельно функционирующих
интеллектуальных пластов человеческой
психики – сознательного и
неосознаваемого.
Ранее в психофизиологии и психологии
не ставился вопрос исследования функциональных
асимметрий мышления на уровне
сознательное – бессознательное (ФАСБ).
Он традиционно подменялся рассмотрением
межполушарных морфо-функциональных
асимметрий исходя из господствующего
представления о мозговом субстрате
психики и сознания, представленных в форме
параллельного нейронно-молекулярного
компьютера проводникового типа, где
функции неосознаваемой деятельности
приписывались правому полушарию
головного мозга. В рамках этой парадигмы
утверждалось, что информационным
источником обеспечения
мозговой деятельности являются пять
классических анализаторов внешней среды (зрение,
слух, обоняние, осязание и вкус) и набора
распределенных сенсоров
гомеостатического статуса внутренней
среды организма под общим названием
проприорецепция. Энергетическое
обеспечение процессов мышления
приписывалось всецело биохимическим
механизмам окислительного
фосфорилирования с резервной
аккумуляцией в макроэргических молекулах
АТФ.
Теперь становиться очевидной
недостаточность классических позитивных
представлений для объяснения всего
феноменологического разнообразия
необычных проявлений сознания человека.
Такие явления как дальновидение, ВТС,
тонатонатальный опыт (ТНО),
психоделические состояния (ПДС) с одной
стороны указывают на нелокальную природу
психики и ее автотрофность, с другой -
демонстрируют возможность интеграции и
консолидации осознаваемого и
бессознательного опыта (ИСБ) в сфере
текущего восприятия и деятельности с
получением прямого доступа к энграммам
долгосрочной палеопамяти. Как минимум три
состояния ФАСБ представлены ниже:
1.
(ФАСБ-1). В обычном бодрствовании
сознание асимметрично и погружено в
область рациональной рефлексии
сверхпороговых сигналов, большая часть
информации из вне оказывается недоступной
сознанию, но потенциально способной
непредсказуемо изменять поведение,
стратегии выбора и принятия решений.
2.
(ФАСБ-2). Совсем иная картина
наблюдается в ПДС, когда достигается
равновесный (симметричный) динамический
баланс функциональной активности
нейронного и вакуумного субстратов
психики (ВСП). Значительно расширяется
диапазон осознаваемых сигналов,
ассоциативных связей без потери
способности к фокусировке внимания и
адекватности отреагирования (люцидные
состояния). В данном случае имеет место
интеграция ранее неосознаваемого опыта,
который органично встраивается в
программы деятельности. Проведенное нами
нейрокартографическое исследование мозга
[50] показали исчезновение также и
межполушарных асимметрий у человека в ПДС.
3.
ФАСБ-3, с доминирующим участием
вакуумного субстрата наблюдается у
человека при ВТС и ТНО, глубокой медитации.
Сознание дислоцируется от организма-носителя,
пребывающего в состоянии транса.
Осознанная деятельность на физическом
уровне в это время невозможна.
Другой фундаментальный аспект
проблемы интеграции сознательного и
бессознательного – это исследование
влияния техногенных или природных
локальных модификаций физического
вакуума на обеспечение автотрофного
энергообеспечения функциональной
активности сознания.
Последствия нарушений трофики
головного мозга хорошо известны и
всесторонне изучены. Так, прекращение
системной гемодинамики при внезапной
остановке сердца приводит к исчезновению
признаков сознания уже на 15-20 секунде.
Что происходит в тонкоматериальной
матрице нашего сознания при изменении
качества эфирно-вакуумной и
электромагнитной среды (субстрата
автотрофности) и как это может влиять на
интегральную психическую активность,
умственную работоспособность пока не
известно. Кроме того точкой приложения
средовых воздействий могут быть также и
нейронно-молекулярные ансамбли мозга, что
тоже в конечном итоге изменяет
направление ФАСБ.
В анализируемой нами литературе нет
также работ, посвященных изучению
характера усвоения неосознаваемых
воздействий в связи со 100 минутным ритмом
изменений уровня бодрствования (УБ),
особенно подчеркнутым в условиях
длительного монотонного труда (состоянии
монотонии). Не изучена также вариация
резистентности к восприятию
неосознаваемой информации, обусловленная
индивидуальными параметрами
космофизического импринтирования
человека во внутриутробном периоде, что,
по-видимому, может быть полезным критерием
для долгосрочного прогнозирования.
В Таб.1. приведена классификация
неосознаваемых воздействий, их
эффективность в зависимости от формы
предъявления и состояний сознания, а также
возможные точки приложения.
В заключении хочу снова обратить
внимание на кооперативные формы
проявления коллективного сознания,
но уже в тонком плане эфиросферы
мыслеформ. Незримое и неощущаемое нами
надсознательное давление этих мыслеформ
можно уподобить полям гравитации, сила
которых действует объединяюще на домены
индивидуальных сознаний подобных по своей
внутренней организации. В эзотерике такая
тонкоматериальная динамическая
констелляция получила название эгрегор. В
пределах эгрегора свобода
индивидуального выбора не может выходить
за пределы базовых смысловых конструктов (парадигм),
но не ограничивается их углублением и
развитием. В
отличие от представлений об этногенезе по
Л.Н. Гумилеву [51] эгрегор не обязательно и
не всегда связан с ландшафтно-географическими
и этническими особенностями
биологического местообитания людей. Ведь
если объединяющая сила этноса заключена в
рациональных и архетипических социальных
предиспозициях и определяется
преимущественным преобладанием
асимметрии 1 вида (ФАСБ-1 см. выше), то
эгрегор это топологически единый
вакуумный ментальный кластер
множества распределенных на поверхности
Земли индивидов. Его целостность
подчинена закону «пси-гравитации» в
условиях асимметрии сознания 2 и 3 видов,
когда [ФАСБ-2 + ФАСБ-3]
>> ФАСБ-1.
Как показывает историческая практика
и этносы (социальные общности) и эгрегоры (духовные
общности) являются устойчиво-неравновесными
эволюционирующими системами с
ограниченной продолжительностью своего
существования.
В отличие от современных
креационистских концепций
гностического христианства [52], отрицающих
эволюцию, в древнеиндийской философии
утверждается фундаментальный принцип
циклической троичности процессов сотворения
– созидания - разрушения. Созидание
всегда связано с развитием и углублением
традиций, порядка и предсказуемости
существования. Но априори очевидно, что
течение времени в любой открытой системе
будет замедляется с ростом ее внутренней
упорядоченности (негэнтропии), вследствие
чего теряется гибкость и динамичность
адаптации к быстро меняющимся условиям
окружающей среды. Если оперировать
терминами «антитермодинамики», то система
обречена на «холодовую смерть». В
критической точке остановки времени,
когда энтропия близка к нулю, движение
прекращается и происходит коллапс системы,
т.е. взрыв ее вовнутрь (эволюционная
катастрофа разрушения).
Однако, в реальных условиях этногенеза
по Гумилеву, полному уничтожению
препятствует пассионарность.
Пассионарность – это своеобразный
эпифеномен апокалипсиса сознания (ФАСБ-2),
связанный с наличием у некоторых
индивидов, озаренных светом иновидения,
непреодолимого и непонятного окружающим,
внутреннего стремления к
альтернативной поисковой активности,
часто иллюзорной или губительной для
самого ее носителя. Такое редко
встречающееся явление есть отклонение от
видовой нормы поведения, т.к. приходит в
противоречие с инстинктом самосохранения.
Но именно этот признак лежит в основе
антиэгоистической этики пророка, несущего
огонь прозрения другим, даже рискуя быть
непонятым и уничтоженным. Люди, обладающие
этим признаком - пассионарии
- совершают поступки, ломающие инерцию
традиций и творят новые этносы, новые
ментальные расы. Свобода их выбора и цель
ярко осознана и настолько убедительна и
притягательна, что при благоприятных
условиях овладевает сознанием многих.
Гумилев называет это явление пассионарной
индукцией.
Эгрегор – это
надрасовый, гиперэтнический эфирный
феномен мультиперсонального сознания,
объединенный по закону подобия и
дополнительности. Не исключено, что он
может включать в себя, также эфирные формы
сознаний внеземной разумной жизни.
Учитывая факт медленной релаксации
активных сред с доменными вакуумными
структурами, особенно при наличии
вертикальной ментально-энергетической
накачки, они могут приобретать свойства
автономных гиперсознательных эфирных «организмов»,
способных оказывать этнически и
географически инвариантное влияние на
активную мыслительную деятельность
распределенных групп людей.
Занимаясь рассмотрением такого
сложного междисциплинарного вопроса как
феномен сознания и его фундаментального
свойства - свободы выбора, автор отдает
себе отчет в том, что многие, приведенные
здесь теоретические размышления носят
спекулятивный и пока что, во многом
априорный характер. Статья не претендует
на общепринятый строго научный стиль
изложения и адресована широкой аудитории
для открытого коллективного обсуждения.
Цитированная литература
1.
В.И. Вернадский, Научная мысль как
планетное явление, М. Наука, 1991.
2.
П.В. Симонов, П.М. Ершов, Темперамент,
характер, личность. М.
Наука.
1984.
3.
Э. Фром, Бегство от свободы. М.
Прогресс.
1995, ст. 211
4.
В.В. Налимов, Спонтанность сознания, М.
Прометей. 1989, ст. 104
5.
П.В. Симонов,
Созидающий мозг. Нейробиологические
основы творчества. М.Наука,
1993.
6.
Z. Rejdak, Conscience, education and freedom. Proc. 8-th international conf.
on psychotron. research, 1991, pp. 49-54.
7.
А.Е. Акимов, В.Я. Тарасенко, Модели
поляризованных состояний физического
вакуума и торсионные поля. Физика, Томск.
1992, 35, 3, ст.13.
8. В.Л. Дятлов, Поляризационная модель неоднородного физического вакуума, Новосибирск. Изд. Института математики СО РАН, 1998.
9.
S.W. Twemlow, G.O. Gabbard, The
OBE Psychophysiology of Robert A. Monroe, In the R. Monroe’s book Far
Journeys. Doubleday & company, inc. Garden city. N.Y. 1985. pp.271-274
10. А.А. Горбовский, Пророки прозорливцы, Знак вопроса 1, 1991, ст. 26.
11.
M.M. Delmonte, Electrocortical activity and related phenomena associated with
meditation practice: A literature review, Intern. J. Neuroscience, 1984, 24,
pp. 217-231.
12. Р.А. Монро, Путешествия вне тела. Новосибирск. Наука, 1993, ст. 56, 64.
13.
Dillbeck, M.C. (1990). Test of a field theory of consciousness and social
change: Time series analysis of participation in the TM-Sidhi program and
reduction of violent death in the U.S. Social Indicators Research, 22:
399-418.
14.
Dillbeck, M.C., et al. (1988). Test of a field model of consciousness and
social change: The Transcendental Meditation and TM-Sidhi program and
decreased urban crime. The Journal of Mind and Behavior, 9: 457-486.
15. Orme-Johnson, D. W, et al. (1988). International Peace Project in the Middle East: The effect of the Maharishi Technology of the Unified Field. Journal of Conflict Resolution, 32: 776-812.
16. Ю.Н. Чередниченко Реинкарнационный онтогенез человеческой персональности и виды психосоматического наследования. – www.sinor.ru/~che
16а. Ю.Н.
Чередниченко, Виды наследования и
причинно-следственные основы
психосоматической патологии.
Биоэкстрасенсорика и научные основы
культуры здоровья на рубеже веков. Тезисы
докладов международной конференции. М. 1996,
ст. 137-146.
17. Д.Г. Мирза, В.В. Петрусинский, В.А. Дорошенко, Электрофизиологические корреляты рапорта в гипнозе, «Проблемы обнаружения слабых реакций нервной системы», М.1968, ст. 88.
18. Л.Л. Васильев. Внушение на расстоянии. М., 1962.
19. Л.Л. Васильев.
Таинственные явления человеческой
психики, М. Госполитиздат, 1963.
20.
http://watarts.uwaterloo.ca/~pmerikle/papers/SubliminalPerception.html
21. N.L. Talbot, P.R. Duberstein Subliminal psychodynamic activation, food consumption and self-confidence. J. Clin. Psychol., 1991, 47, 6 p.813-823.
22. Г.В. Гершуни, Н.Ю. Алексеенко, Военно-медицинский сборник. М-Л, 1945
23. Г.В. Гершуни, Изучение субсенсорных реакций при деятельности органов чувств, Физиол. Ж. СССР, 1947, 33, 4, ст. 393.
24. Г.В. Гершуни, Реакции на неосознаваемые раздражители при нарушениях деятельности органов чувств. Бессознательное, т.3, Тбилиси, 1978, ст. 537
25. Э.А. Костандов, Осознаваемые и неосознаваемые формы высшей нервной деятельности человека, Механизмы деятельности мозга человека. Часть 1. Нейрофизиология человека, Л. Наука, 1988, ст. 491-526.
26.
D.P. Spence, Subliminal perception and perceptual defense: two side of a
single problem. Behav. Sci., 1967, 12, pp. 183-193.
27.
W.R. Kunst-Wilson, Zajonc R.B., Affective discrimination of stimuli that
cannot be recognized, Science, 1980, 207, pp. 557-558.
28.
J.J. Seamon, N. Brody, D. Cauff, Affective discrimination of stimuli that are
not recognized: Effect of
Shadowin, masking and cerebral laterality, J. exp. Psychol, 1983, 9, pp.
544-555.
29.
G. Mandler, Y. Nakamura, B. VanZandt, Nonspecific effect of exposure on
stimuli that cannot be recognized, J. Exp. Psychol.: Learning, memory and
cognition, 1987, 13, pp. 646-648.
30.
G.A. Bonnano, N.A. Stiling, Preference, familiarity, and recognition after
repeated brief exposure to random geometric shapes, Amer. J. Psychol., 1986,
99, pp. 403-415.
30a.
Z.
Rejdak, Psychotronics – Science Nowadays – New Technology, 6-th
International conference on psychotronic research, Zagreb-Yugoslavia, 1986, pp.
12-13.
31. В.М. Смирнов, Ю.С. Бородкин, Артифициальные стабильные функциональные связи как способ формирования матриц долгосрочной памяти человека (к теории долгосрочной памяти), Физиология человека, 1975, 1, ст. 525-533.
32. C. Snow, J. of Regression Therapy, 3, 1, 1988.
33. Р.А. Моуди, Жизнь до жизни: Психиатрические исследования регрессии в прошлые жизни, Киев, 1994.
34.
J. Eccles, A unitary hypothesis of mind-brain interaction in the cerebral
cortex. Proc. Roy Soc. London, 1990, v. 240, p. 433.
35. Ch. Tart, Transpersonal realities or neurophysiological illusions? Toward
an empirically testable dualism. Book: The metaphors of consciousness.
N.Y.-London, 1981, p. 210.
36. И.В. Смирнов, Е.В. Безносюк, А.Н. Журавлев, Психотехнологии: Компьютерный психосемантический анализ и психокоррекция на неосознаваемом уровне. (www.psycor.ru)
37. В.И. Галунов, И.В. Королева, Г.Г. Шугая, Два возможных механизма восприятия речи, Психол. журн., 1985, 6, 5, ст. 52-61.
38. Восприятие речи. Вопросы функциональной асимметрии мозга. (под ред. В.П. Морозова), Л. Наука, 1988.
39. В.П. Морозов,
Опознавание эмоций и личности человека по
инвертированной речи, Психо-физиологические
исследования функционального состояния
человека-оператора, М. Наука, 1993, ст. 54-58.
40. Материалы о прикладном использовании необычных возможностей человека (по зарубежным публикациям 1947-1988 гг.) Подготовлены секцией физических полей живого вещества ВНТО РЭС им. А.С. Попова, вып.3, М. 1988.
41.
N. Turok, Nature, 1986, 322, No 6075, pp. 111-112.
42 А. Ф. Охатрин. Макрокластеры и сверхлегкие частицы. ДАН, 1989, 304, 4, ст. 866.
43. Г.И. Шипов, Теория физического вакуума. М.1993.
46. А.Н. Дмитриев, Об эфирной материальности. В-Пышма, 1999. 103 ст.
47. www.keelynet.com/unclass/hardy1.htm
48. В.П.
Казначеев, Л.П. Михайлова,
Биоинформационная функция естественных
электромагнитных полей. Новосибирск. 1985.
49.
Л.П. Михайлова, Н.В. Игнатович, Е.С. Гапонова,
Г.А. Шкурат, Редкие неординарные
космофизические процессы и их влияние на
клеточную культуру человека (Метод
биоиндикации), Вестник МИКА, 1998, Вып. 5, ст.
50-52.
50.
Ю.Н. Чередниченко, Состояния сознания с
расширенным пространственно-временным
восприятием в психобиографических
исследованиях и коррекции причинных
факторов хронической психосоматической
патологии человека, Парапсихология и
психофизика, 1997, №2 (24), ст. 14-31.
51.
Л.Н. Гумилев, Этногенез и биосфера Земли.
Изд. Мишель и Ко, 1994 г.
52.
Г. Морис, Сотворение мира: Научный подход.
Изд. Ин-та креационных исследований.
Калифорния. 1990.
Таблица
1.
|
Неосознаваемые
воздействия (НВ) |
Форма
представления |
Фон
воздействия |
Состояние
сознания |
Эффективность
воздействия |
Точка
приложения |
|
|
1.Субсенсорные а)
общего назначения б)
индивидуального назначения |
Зрительная
вербальная или образная в коротких
экспозициях. Аудиальная
низкоинтенсиная. Комбинированная. |
* Косморитмологический |
ИСС,
СБ |
Неизвестна |
Чувствительность
сенсорных входов и мозговых структур Вакуумный
субстрат сознания, |
|
|
Геофизический а)
эффект места б)
глобальный погодный, магнитный и
электромагнитный |
Геофизически
индуцированные ИСС и изменения УБ |
Локальная
или глобальная геофизическая
модификация ЭСВ меняется в широком
диапазоне (малоизученна) |
||||
|
Техногенный а)
Целенаправленные физические
воздействия б)
Фоновые не полевые воздействия* |
Индуцированные
ИСС Изменение
УБ |
Потенцирование
НВ |
Структуры
мозга Анализаторы Вакуумный
субстрат сознания, Структуры
мозга |
|||
|
Биоритмологический |
Монотония
(декаминутные и ультрадианные дрейфы
УБ |
Не
изучено |
Уровень
активационных систем мозга |
|||
|
Сенсорный
шум Физиологический
сон Наркоз Психоделический
фон |
СБ Фазы
сна Глубина
наркоза СБ
с эпизодами дереализации |
Низкая Средняя Для
неперсонализированных НВ
определяется мотивацией Низкая
для неперсонализированных НВ Высокая
для персонализированных Малоизученно |
Корковые
проекции анализаторов а)
Вегетативно-соматическая сфера б)
память в)
Сфера принятия решения При
участии вакуумного субстрата
сознания Анализаторы
-структуры мозга или Вакуумный
субстрат сознания – структуры мозга |
|||
|
2.
Сенсорные а)
общего назначения б)
индивидуального назначения |
Зашумленные
изображения, и низкий свето-яркостный
контраст в отраженном свете или на
люминесцентных экранах. Аудиальные
маскированные шумом,
компрессированные, с измененным
спектром |
|||||
|
3.
Внушения в гипнозе |
Все
формы сенсорного, экстрасенсорного
или галлюцинаторного представления |
Мало
зависит от фона |
Стадии
гипноза |
Очень
высокая |
Анализаторы
-структуры мозга или Вакуумный
субстрат сознания – структуры мозга |
|
|
3.
Экстрасенсорное а)
общего назначения |
Синхронизированные
коллективные установки. Техники ТМ |
Потенцирующий
(фон солнечной активности) |
СБ
|
Зависит
от числа участников и состава группы |
Вакуумный
субстрат сознания – структуры мозга
– память –сфера принятия решений.
Вегетативно-соматическая сфера. |
|
|
б)
индивидуального назначения |
Внушение
физиологических состояний, мыслей ,
действий, физические воздействия. |
Модулирующий
(геофизический фон и
косморитмологический импринт)
|
СБ,
УБ, Сенсорная депривация,
физиологический сон |
Высокая |
Вакуумный
субстрат сознания – структуры мозга
– память –сфера принятия решений.
Вегетативно-соматическая сфера |